Главная

Etxea Елены

Мистические рассказы

За гранью

Чужая елка

Обман чувств

Часовщик

О пяти братьях и сестре Агэл

История о влюбленных, застигнутых ненастьем

Проделки кошки из города Дан

Алиса

Омут

Летняя практика 7б

Лунные ночи

Фрея

Отражение

Замкнутый круг

Кукла

Рождение Куклы

Старая квартира

Гаданье

Подземка

Дверь

Проклятье Елены Прекрасной

Игра в ящик

Свет далекой звезды

Телефонный звонок

Тени

Дети Творца



    

Елена Артамонова

Алиса. История кошки-убийцы

18 +



Алиса (ALICIA) на испанском языке

В вагоне было малолюдно. Взоры пассажиров бездумно скользили по проплывающему за пыльными окнами ландшафту. Две женщины, разместившиеся друг против друга беседовали вполголоса. Впрочем, больше говорила одна, вторая слушала, изредка прерывая монолог вопросами.

- Терпеть не могу тех, кто приписывает животным несвойственное им поведение, особенно всякую чертовщину. Конечно, кошки своенравны, независимы, не чета собакам - те, дурочки верны хозяину и душой и телом, а кошки - нет, у них - совпадение интересов. Приятно кошке у человека на коленях сидеть - она сидит, мурлычет, а нет - попробуй, удержи… Но это еще не повод, чтобы о них всякие небылицы сочинять. Хотя порой… - женщина засмеялась, - порой некоторые из них сильно смахивают на исчадия ада. Только причина их поведения кроется не в сговоре с дьяволом, а кое в чем ином. Трагедия неразделенной страсти…

- Что?

- На днях с дочерью моей подруги случилась неприятная история - ее искусала кошка. Звучит почти как анекдот, но девушке было не до смеха. Она скрипачка, а кошка, на беду, впилась именно в руку. Представьте, пострадавшая насчитала двадцать две ранки, а ее кисть вскоре раздулась как пузырь - не согнуть, не разогнуть. Воспаление держалось больше недели. Для Лики, так зовут скрипачку, это едва не стало трагедией. Но все по порядку. Случилась беда, когда девушка приехала в гости к подруге. Девчонки хотели посидеть вдвоем, поболтать, посплетничать, но не получилось - помешала кошка. Гостью она встретила сурово. Куда бы Лика ни шла, кошка следовала за ней по пятам. Стоило девушке остановиться, зверюга тут же садилась рядом, смотрела в глаза и утробно урчала. Зрелище малоприятное. А хозяйка еще смеялась - мол, ее Алиса со всеми так строга, кто в дом приходит, ни дать, ни взять - сторожевой пес. В общем, посмеялись, а когда этого никто не ожидал, кошка вцепилась в руку девушке всеми своими когтями и зубами. Ели оторвали. Со стороны можно было подумать, что в кошку вселился дьявол, но дело, скорее всего, было в ином.

- Она - бешеная?

- Нет - сумасшедшая. С кошками такое порой случается. Этой Алисе шестой год, а она кота даже издали не видела. Проще выражаясь - старая дева. Вот вам и "мистика"! Причем, виновата сама хозяйка, говорят, она все твердила: "Пусть моя кошечка останется девочкой". Ей, видите ли, так больше нравиться.

- Как можно за кошку решать?

- Хозяйка такая.

- А что дальше?

- Не знаю. Рука у Лики выздоровела, но с подругой она больше не разговаривает, а кошка… Кошка, скорее всего, страдает как прежде.

Голос в динамике неразборчиво прохрипел название следующей остановки. Женщины стали прощаться. Одна из них торопливо пошла к тамбуру, а вторая, отвернувшись к окну, прикрыла глаза.





Та, которую мужчина называет Малышкой, а пришельцы - Ольгой, ушла. Она уходит каждый день за железную дверь и прячется там до вечера. Она называет это работой. За дверью узкий коридор и так называемые "ступеньки", по ним, видимо, удобно лазить - больше ничего разглядеть нельзя. На работе много мужчин, я знаю об этом по тем запахам, которые они оставляют на ее теле. Возвращаясь вечерами, Малышка часто приносит пакеты, наполненные вкусной едой. Всякий раз я начинаю виться вокруг ее ног и трусь головой о ту противную вторую кожу, которую она снимает перед сном. Женщина думает, что я радуюсь ее возвращению. Порой, ночами я ложусь спать на ее груди - в такие минуты Малышка начинает гладить мне голову и говорить лживые слова. Тогда я осторожно выпускаю когти и перебираю руками одеяло, стараясь при этом не повредить ее кожу… О, как бы я хотела разорвать гладкую безволосую оболочку! Кровь темна и горяча, у нее волшебный запах… Но я утыкаюсь носом в ложбинку на груди и делаю вид, что засыпаю.

Кроме меня дома никого нет. Я люблю эти часы - одиночество избавляет меня от унизительной повинности выносить прикосновения к своему телу. Я не люблю, когда женщины дотрагиваются до меня. Оставаясь одна, я часто вспоминаю о миге Великого Открытия. До него день уходил за днем, месяц за месяцем, а я все не могла постичь, что же происходит со мной. Смутные ощущения порой завладевали мною. И я отдавалась им со страхом и упоением. Моя спина прогибалась, ноги ритмично переступали на одном месте, и не в силах молчать, я звала. Кого? Очень долго я не имела об этом представления. Малышка (тогда она еще звалась Ольгой) в такие дни была груба и раздражительна. Она пичкала меня какими-то таблетками, а однажды даже запустила туфлей. Об этом я не забуду. Никогда. Я увернулась от удара, нырнув под тахту, но обида в отличие от боли, со временем только усиливается. Малышка всегда приносит с собой целый букет запахов - на работе очень много таких как она и даже таких, как я. Запахи в основном похожие и противные - примерно так пахнет сама Малышка. Но некоторые из них… Они кружат голову, опьяняют. Уловив их, я начинала кричать, призывая кого-то, и мне скармливали гнусные таблетки, притуплявшие чувства и мысли.

Однажды настал день, день Великого Открытия. В железную дверь позвонили, и в дом вошел человек, совсем не похожий на мою Ольгу (тогда еще некому было называть ее Малышкой). Надо сказать, что в дверь звонили и раньше, после чего появлялись пришедшие с работы отвратительные существа с двойной кожей на ногах и краской на губах. Обычно я убегала прочь, не желая общаться с ними. Но в этот раз… Что-то влекло меня к пришельцу. Человека звали Слесарь. Он зашел в ванную комнату и сев на корточки, начал заглядывать под раковину. Я крадучись подошла сзади. Обнюхала подошвы ботинок, ноги, вторая кожа которых непривычно топорщилась и неплотно прилегала к живой плоти… В этот миг я поняла, кто он и чего я хочу. Позже я узнала, что они называются мужчинами.

Мужчина Слесарь ушел, но с тех пор необъяснимые прежде желания обрели конкретный смысл. Путем логического сопоставления фактов, я пришла к выводу, что если есть мужчины, внешние похожие на Ольгу (тогда она еще не была Малышкой), то существуют и подобные мне. Всякий раз, представляя мужчину своего племени, мне хотелось злобно шипеть и наотмашь хлестать его по лицу рукой с выпущенными когтями. Иное дело мужчина Слесарь… Я ждала его, но он не приходил.

В данный момент я лежу на халате Любимого. Любимый… Этот запах сводит меня с ума. Терпкий, неповторимый, он пропитал ткань, он пробуждает желание. Иногда я вылизываю подмышки халата, но делаю это втайне, ибо знаю - Малышка накажет меня за невинное удовольствие.

Помню, как все это началось… Однажды из-за железной двери пришел Любимый. Так зовет пришельца Малышка, и это имя, единственное, в чем я согласна с ней. В тот раз Любимый сразу прошел в комнату и сел на диван. От нахлынувших чувств я совсем потеряла голову и отважилась запрыгнуть ему на колени. Мужчина не оттолкнул меня, напротив, его тяжелая рука легла на мою спину, и я впервые почувствовала, насколько сладким бывает насилие. Он приподнял мою голову и его пальцы нежно защекотали шею… И вдруг появилась Малышка. В руках она держала поднос с бутылью дурно пахнущей жидкости. Поставив ношу на столик, женщина приблизилась к нам. Улыбнувшись, она внезапно вероломно и подло столкнула меня с колен Любимого и заняла мое место! Я не ушла лишь потому, что жгучее любопытство снедало мою душу. Сидя под столиком, я наблюдала за ними.

В тот вечер я окончательно поняла, зачем женщине нужен мужчина. Тогда же я разобралась в еще одном чувстве, теснившем мою грудь. Это чувство именовалось ненавистью и, оказывается, всегда жило во мне. Той ночью я осознала, что ненавижу женщин и больше всего ту, что живет подле меня. Так вот почему кожа напрягается и вздрагивает, когда безволосая рука дотрагивается до нее! Мы - соперницы, а это значит, что кому-то придется уступить дорогу победительнице.

Любимый приходит часто, и каждый раз повторяется одно и тоже - едва он начинает ласкать меня, как бесцеремонная женщина, пользуясь своей несоизмеримо большей физической силой, занимает уготованное мне по праву место. Но ведь он же выбрал!

Я знаю, скоро вернется Малышка, я чувствую это, и мою правоту подтверждает висящая на стене тарелка с движущимися палочками. Когда я была маленькая, то часто пробовала поймать самую тоненькую, стремительно обегавшую круг палочку, но мне это никогда не удавалось. Позже стало не интересно. Недавно мне удалось выяснить закономерность их движения и пользоваться ею в своих целях. Например, когда палочки сливаются в одну длинную прямую линию, железная дверь отворяется, и Малышка приходит с работы. Кстати, мне столько раз приходилось наблюдать, как она нажимает на блестящую ручку, открывая тем самым защелку, что я могла бы сделать это сама. Но я не хочу на работу. Мне стыдно признаться - я боюсь жизни, скрытой за железной дверью.

Характерные шорохи и резкий металлический щелчок - Малышка легка на помине… Я вскакиваю с халата и бегу к двери. Волна запахов, принесенных с работы, оглушает, но я делаю вид, что не замечаю ничего, безмерно обрадованная ее появлением. Сегодня надо быть очень внимательной. Сегодня - особый день.

- Алиса, киска, я тебе рыбки принесла.

Я не хочу есть, но становлюсь на ноги, вытянувшись во весь рост и начинаю выпрашивать подачку. В моем голосе звучит притворство, но я давно поняла, что гладкокожие - бесчувственные эгоцентрики, озабоченные лишь собственным "я". Оттого они легковерны и глупы. Мой язык для них просто "мяуканье", без смысла и интонаций. Тем временем мы идем на кухню, я трусь о ее ноги и заглядываю в лицо.

- Алиса, лови!

Сырой рыбий хвост небрежно летит в тарелку. Приступив к еде, я намеревалась лишь изображать голод, но пронзительный запах и влажный холод белого мяса заставляет меня забыть о первоначальных планах. Зажав рыбий хвост зубами, я утаскиваю его в угол за буфетом и там придаюсь чревоугодию. Признаюсь честно, в эти минуты я забываю какой сегодня день.

Закончив трапезу, мы усаживаемся на мягком кресле - я на спинке, Малышка ниже, на сиденье. Мы обе ждем Любимого. Я тщательно умываю лицо, удаляя даже намек на запах рыбы. А затем, при помощи языка укладываю ровными прядями волосы на спине. Кстати, Малышка для ухода за волосами пользуется предметом под названием "расческа". Не слишком удобное приспособление… Достав зеркало. Совершенно бесполезную лживую игрушку, интересовавшую меня только в раннем детстве, Малышка начинает мазать лицо дурно пахнущими красками. Такого абсурдного поведения я выдержать не могу и, скептически фыркнув, убегаю прочь. Гладкокожие женщины обделены природой и пытаются скрыть свой ужасный недостаток так называемым "макияжем", но от этого только делаются еще омерзительней. Я демонстративно прохожу перед ногами малышки, распушив роскошный хвост и подергивая покрытой густыми черными волосами кожей - она делает вид, что не замечает меня.

Сейчас, перемазавшись жирной гадостью, она ляжет на тахту, закроет глаза и будет лежать так какое-то время, думая, что от подобной процедуры кожа лица приобретает невиданные прелести. Как же! Напрасные старанья… Но время пришло и мне нельзя отвлекаться на злословие. Напевая песню, которую они называют "мурлыканьем", я легко запрыгиваю на тахту и, ступая прямо по телу Малышки, направляюсь к ее шее.

- Алиса, красавица, дай тебе за ушком почешу… - бормочет она, не открывая глаз.

Мне не доводилось убивать, но я почему-то точно знаю, как должна поступить. Это знание пришло из глубин моего мозга, завладело мною и безраздельно подчинило себе. Тело напряглось, полное невиданной гибкости и силы, каждый волосок обрел чувствительность, улавливая незаметное движение воздуха, зрение и слух обострились до предела… Жилка на шее Малышки подергивается легкими размеренными толчками. В сущности, женщина похожа на одну из тех птичек, что я так часто видела за окнами…

Я знаю, Малышка намного сильнее меня, и потому только внезапность и быстрота действий помогут одолеть извечную соперницу. И тогда, выпустив когти, я сжимаю ее шею в смертельном объятии, а мои клыки впиваются в то место, где пульсирует жилка.

Малышка сопротивлялась долго, яростно цепляясь за ускользающие минуты жизни. Мне пришлось нелегко. Но моя ненависть, а главное, желание избавиться от той, что стояла на пути к Любимому, даровали мне нелегкую победу.

Теперь Малышка неподвижно лежит среди опрокинутых вещей прямо на полу. И я знаю, что она мертва. Люди ошибаются, думая, что лишь им доступно понимание смерти… Я умываюсь, стирая кровь с лица. Прежде я только дважды пробовала человеческую плоть, в те дни, когда кусала отвратительных подруг Малышки, но вкус этой еды сразу пришелся мне по душе.

Я смотрю на тарелку с вертящимися палочками. Мне известно, что Любимый придет с работы, когда самые толстые из них образуют прямой угол, смотрящий влево. Палочки почти сливаются в одну линию, и я понимаю, что время еще есть. Поддавшись соблазну я подхожу к Малышке, и мой шершавый язык касается еще не успевшей остыть шеи. Сперва я только слизываю кровь, но потом, увлекшись, начинаю зубами рвать ее гладкую, как у рыбы, кожу и впиваюсь в сочное теплое мясо. Это вкусно. Это невероятно вкусно.

Насытившись, я вновь тщательно привожу себя в порядок, умывшись и расчесав волосы до самого кончика хвоста. Потом, улегшись калачиком, замираю в ожидании Любимого. Палочки заостряют угол, приближая его появление.

В дверь звонят. Я знаю - это он, мой Любимый. Я готова кричать от восторга, но между нами существует еще одна, не столь значительная и все же существенная преграда. Необходимо во что бы то ни стало открыть железную дверь. Подпрыгнув, я повисаю на железной ручке. Под давлением моего веса защелка внутри лязгает, и я, не удержавшись, соскальзываю вниз. Но дело сделано - остается только распахнуть настежь железную махину, это должен совершить Любимый - у меня не хватит сил даже приоткрыть ее. Прекрасная, сильная мужская рука сметает последнюю преграду, и Любимый входит в квартиру.

- Радость моя, где ты? - он озирается по сторонам, не замечая меня. - Малышка, я пришел!

Мягко ступая, я приближаюсь к его ногам, трусь о них головой… О, ужас! Он зло отталкивает меня и идет в комнату. Это какое-то недоразумение, ошибка… Надо объяснить ему, все объяснить… Я бегу за Любимым и кричу, позабыв, что он не понимает моего языка, я кричу о том, что Малышка никогда не любила его, ходила на работу, где очень много других мужчин и всегда приносила на себе их запахи, кричу, что только я люблю его по-настоящему и только ему будет принадлежать моя жизнь… а он склоняется над Малышкой и тоже кричит, кричит жутким голосом. Я никогда не думала, что гладкокожие умеют так кричать. Он отрывает взгляд от мертвого тела, наши взгляды встречаются, и я отчетливо понимаю - он никогда не любил меня, а теперь сулит мне смерть. Я выгибаюсь дугой, и волосы на моей спине встают дыбом. Сейчас или никогда… Он клал руку на мое тело, ласкал его, и вот, когда никто больше не разделяет нас, он хочет причинить мне боль, боль без любви. Я медленно отступаю в тень, готовясь к прыжку. Второй попытки у меня не будет, я это знаю наверняка…





Половину пути они обычно преодолевали вместе. Женщина, которой следовало сходить на четыре остановки раньше своей попутчицы. Продолжала рассказ, начатый еще на московском перроне:

- … в выходные дни их еще не хватились. Потом начали названивать и ему домой, и ей - безрезультатно. Тем временем, незаметно половина недели минула - милиция занялась этим вопросом только в среду. Причем, никто не знал дома ли они, или куда-то уехали. Где искать? В моргах их трупов не обнаружили, вот и оставалось гадать, что случилось. Может у парочки незапланированный медовый месяц, а ее едва ли не со служебными собаками разыскивают. Но тут соседи Ольги забеспокоились - кошка, мол, житья не дает, орет, как резаная часами, без перерыва. В общем, только, когда дверь взломали, все и выяснилось. Заходят - везде мебель раскидана, переломана, а посреди комнаты два трупа лежат - его и ее. Их только по одежде смогли опознать - у обоих не было лиц…

- Не было лиц?!

- Кошка сожрала. Кстати, эта кошка, едва дверь взломали, пулей из квартиры выскочила. Первый момент внимания на ее бегство не обратили, а когда разобрались, кто виновник, уже поздно было - ее и след простыл. На кошку розыск не объявишь. Да… ведь я вам об этой кошке раньше рассказывала, около месяца назад. Помните, она еще дочь моей знакомой покусала?

- Так это она?

- Да, та самая, у которой никогда не было кота. Алиса…

- Как-как?

Электричка уже остановилась у платформы, и женщина, прервав рассказ, оставила свою спутницу, торопливо пробираясь к выходу.

- Алиса! - крикнула она вместо прощанья. - Ее зовут Алиса…

Дрогнув, вагоны начали набирать ход.



Наверх ↑




Поиск по сайту



Новости сайта

Архив новостей