Главная

Etxea Елены

Мистические рассказы

За гранью

Чужая елка

Обман чувств

Часовщик

О пяти братьях и сестре Агэл

История о влюбленных, застигнутых ненастьем

Проделки кошки из города Дан

Алиса

Омут

Летняя практика 7б

Лунные ночи

Фрея

Отражение

Замкнутый круг

Кукла

Рождение Куклы

Старая квартира

Гаданье

Подземка

Дверь

Проклятье Елены Прекрасной

Игра в ящик

Свет далекой звезды

Телефонный звонок

Тени

Дети Творца



    

Елена Артамонова

Телефонный звонок



18 +

Сны выматывают и портят настроение на весь день. Я имею в виду навязчивые виденья, повторяющиеся от ночи к ночи и доводящие, в конечном счете, до головной боли. Даже светлые, но назойливые сновидения оставляют на душе нехороший осадок. Тяжелее всего видеть во сне Анну... Особенно скверно приходилось, когда выпадал мой черед гулять с Греем. Мы с женой выгуливали собаку по очереди, тем самым справедливо поровну выгадывая лишние полчаса на сон. Я и Настя были большими любителями соснуть поутру.

Натянув капюшон куртки, я стоял неподалеку от подъезда, смахивая с лица мелкие капли нескончаемого дождя. Погода навевала уныние. Зато Грею все было нипочем. Он кругами гонял по мокрой листве, тыкал в мою руку подобранную тут же грязную палку, припадал на передние лапы, предлагая развлечься. Пес больше походил на легкомысленного годовалого щенка, нежели на умудренную опытом шестилетнюю овчарку с солидным стажем работы в правоохранительных органах. Грей, этот трехкратно простреленный ветеран МВД, достался нам в подарок от брата жены, и я никогда не жалел об этом нежданном даре...

Сон... Я шел по дорожке, увлекаемый вперед Греем и мысленно прокручивал перед глазами увиденное. Сон являлся мне и прежде, но никогда я не досматривал его до конца. До этой ночи... Мы с Анной были близнецами. Почти одновременно увидели свет и с того мига оставались неразлучными. Вместе росли, болели, шалили, огорчались, радовались. Вместе лазали по заборам и вместе разбивали лбы. И в тот роковой день мы были рядом, но смерть почему-то забрала только ее. Со дня аварии минуло почти шестнадцать лет. Могила Анны осталась в другом городе, и я редко навещал ее. Сон всегда начинался одинаково - жаркий июльский полдень, искрящиеся брызги фонтана, Анна с эскимо в руке, удобно устроившаяся на спинке лавочки. Я рядом - взрослый, неуклюжий. Мои затянутые тканью брюк ноги нелепо смотрятся подле голых, исцарапанных коленок сестры. Анна смеется. Потом сон на какой-то миг оборвался и вновь я видел себя уже на вокзале. Анна, исподволь повзрослевшая, почти неузнаваемая, торопливо шагала по платформе, неся в руке громадный чемодан. Я почти бежал за ней, стремясь догнать и помочь донести вещи. Затем приходило пробуждение. Этот сон я видел много раз, впервые - через месяц после автокатастрофы и потом регулярно, вплоть до настоящего времени. Но в этот раз Анна добежала до своего вагона. Она скользнула внутрь, не позволив следовать за собой, а я остался на платформе, растерянно всматриваясь в затемненные окна поезда. Вскоре сестра выглянула в одно из них:

"Приезжай, когда соскучишься, а если не сможешь то звони, хотя бы звони. Обещаешь? Не забудь номер..." - и она назвала цифры.

Состав медленно поплыл вдоль платформы, перед глазами мелькнула белая табличка "Москва - ...", и я проснулся. Не до конца отдавая отчет в собственных действиях, подошел к столу, зажег свет и записал на первом попавшемся клочке бумаги номер данного сестрой телефона. Как подкошенный рухнул на кровать и моментально уснул.

Разбуженный хитрецом Греем, который прекрасно знал, что сегодняшнюю прогулку предстояло совершать мне, я так и не смог вспомнить ни номера телефона, ни названия города, в который уехала Анна. Гуляя с Греем, я вновь переживал сон, реконструируя упущенные мелочи и вдруг вспомнил, что, проснувшись среди ночи, записал тот самый телефон. Нахлынувшее возбуждение угасло едва я подумал, что это всего лишь новое сновидение, представившееся затуманенному мозгу явью. Все же домой я вернулся минут на десять раньше обычного. Настя возилась на кухне и даже не заметила нашего появления. Любопытство, возбужденное странным сном, разгоралось, и, даже не подумав вытереть Грею лапы и снять заляпанные грязью ботинки, я ворвался в комнату, надеясь увидеть на столе тот самый листок бумаги.

Самое удивительное, что я его нашел. Это была рекламка магазина шуб и дубленок. Самая обыкновенная рекламка, если не считать того, что над номером магазина был размашисто вписав телефон, данный мне этой ночью давным-давно погибшей сестрой. Комбинация из семи цифр выглядела как самый обычный телефонной номер. Не долго думая, я схватил трубку, набрал первую из них и остановился, поняв, что такие поступки не делаются второпях.

Нельзя сказать, что на работе я думал только об увиденном ночью. Тем не менее, мысли мои не раз возвращались к случившемуся. Что это - игра воображения, прихотливые шутки дремлющего мозга? Или... Если на минуту допустить, будто и в самом деле существует номер, по которому можно связаться с умершим человеком, что тогда? Вдруг эти цифры - код, открывающий доступ в запредельное?

Было очень досадно, что я вновь забыл телефонный номер и не догадался захватить рекламку с собой. Появилось опасение, что Настя может выбросить изрядно надоевший рекламный хлам. Я даже хотел предупредить жену, но хлопоты рабочего дня окончательно поглотили мои праздные мысли. Ожидания оправдались: листок исчез со стола. Исчез необъяснимо, потому что Анастасия даже не притрагивалась к нему. Возможно, рекламку сдул сквозняк, заиграл наш кот Тимур или такова оказалась воля неведомых людям сил. Не знаю. Со временем все это стало забываться. В конечном счете, даже самые причудливые сны не играют особой роли в жизни человека - так я думал тогда.

Вспомнил я о странном сне лишь после того, как нагрянула беда. Я шел домой, когда тоскливый вой Грея сжал сердце недобрым предчувствием. Руки стали непослушными и чужими. Я нашарил в кармане ключ, неловко повернул его в замочной скважине. Вбежал в квартиру, окликнул Настю. Тишина. Только Грей поскуливал, вертясь у моих ног. Встревоженный, я прошел в спальню. Настя полулежала в кресле, ее голова откинулась назад, а неподвижная рука сжимала телефонную трубку. Она была мертва...

Позже врачи объяснили - редкая болезнь сердца, внезапный приступ и смерть. Кто бы мог подумать - ей было только двадцать четыре! Но этот приговор не подлежал обжалованию. Мне оставалось только учиться жить без Насти. Когда прошел первый шок, я задумался, куда звонила моя жена перед смертью. Разгадка оказалась на редкость простой - на полу у стола лежала та самая рекламка с загробным телефоном. Какая сила подбросила ее Анастасии? Хотел бы я знать...

Теперь я не сомневался - комбинация цифр в самом деле была ключом к иному миру. Настя доказала это своей гибелью - я не верил маловразумительным объяснениям врачей на этот счет. Меня удивляло другое, как могла Анна так жестоко и несправедливо поступить со мной как могла подталкивать к гибели? Этот вопрос не давал мне покоя. Мстительные мертвецы - образ из дешевых "ужасов". Нет, сестра не могла желать моей смерти.

Дни текли, я работал, возился с домашним хозяйством, осиротевшей живностью, дни текли, и я существовал. Была ноющая тихая тоска по Насте, и еще порой приходило желание набрать тот роковой номер. Я понимал - ничто не происходит в этом мире случайно, и если мне была доверена непостижимая тайна, значит таков был замысел сил, творящих людские судьбы. И я не имел права не звонить. Может быть, из-за этого погибла Настя - я слишком долго тянул время, и случилось то, что должно было подстегнуть меня к действию. Или номер предназначался только мне и потому принес смерть непосвященной? В то, что Анна желает моей погибели, я так и не поверил.

И все же риск был велик. Я предвидел возможные последствия и под предлогом внезапной командировки, пристроил Грея и Тимура у Настиного брата. Больше беспокоиться мне было не о ком. Обретя свободу, я получил право на опасный эксперимент. Сев на кресло, в котором умерла Настя, я решительно подвинул к себе телефон, перекрестился и набрал номер. Тихие гудки... в трубке щелкнуло... женский голос...

- Алло…

- Анна?

- Вы не туда попали. Анна здесь не живет.

Щелчок... Пунктир коротких гудков. Неужели, от напряжения я перепутал цифры? Оставалось попробовать еще раз.

- Какой номер вы набираете?

Я назвал тот самый номер.

- Верно. Но никакой Анны здесь никогда не было. Вероятно, вы неправильно записали номер.

- Извините, - я повесил трубку.

Что же произошло? Что? Я еще полчаса просидел в кресле, прислушиваясь к своему организму. Казалось, действовал он идеально - я не ощущал предательских сбоев. В тот вечер смерть была очень далека от меня. Звонок не убивал набравшего номер. Случившееся было совпадением. Самым обычным совпадением несвязанных между собой событий. Только и всего.

Я едва не рассмеялся. Для человека, не верящего в чудеса, я слишком легко попался в западню суеверия. Если бы не смерть жены, вся эта история воспринималась бы по-другому. Внезапный Настин уход из жизни придал значительность тому, что вовсе не имело смысла. Я скомкал дурацкую рекламку и выкинул в мусорное ведро.

Коротать дни в пустой квартире - довольно мрачная перспектива. Желая избежать этого, я на следующий же день отправился за Греем. Пришлось солгать, будто моя командировка неожиданно сорвалась. Пес лизал мои руки и лицо, вертелся вьюном, подвизгивал тоненьким голосом. Тимур, несмотря на гордую сдержанность, присущую его породе, так же соблаговолил проявить свои чувства. Кот потерся о ногу и затем неотступно следовал за мной по квартире. Зверье скучало по мне и от этого стало легче. Загрузив компанию в машину, я отправился домой.

Наутро Грей разбудил меня - увы, очередность была безвозвратно нарушена, и теперь у пса остался один хозяин. Я отдал бы все лишь бы вернуть ушедшее! Жить без Насти оказалось невероятно трудно.

Двор укрыл первый снег. Грей клеймил его безупречную поверхность ямками следов, приглашая к игре. Я медленно шел следом. Внезапно пес остановился, начал скрести лапой по снегу. 2аскулил, подзывая к себе. В разрытой ямке я увидел край розовой бумаги, которую и пытался выцарапать из-под опавших листьев Грей. Это был железнодорожный билет. Перед глазами мелькнуло - отправление сегодня, в 20.31. вагон номер семь, место - восемнадцать. И только затем я увидел, в графе "пункт прибытия" стояло слово "Ярославль"...

Медленно скользит вдоль платформы состав, Анна, перегнувшись через раму окна машет мне рукой, а на белой эмалированной табличке на боку вагона я читаю надпись "Москва - Ярославль".

"Звони мне, обязательно звони. Обещаешь? Или приезжай... звенел в ушах голос Анны.



Наверх ↑




Поиск по сайту



Новости сайта

Архив новостей