Главная

Etxea Елены

Мистические рассказы

За гранью

Чужая елка

Обман чувств

Часовщик

О пяти братьях и сестре Агэл

История о влюбленных, застигнутых ненастьем

Проделки кошки из города Дан

Алиса

Омут

Летняя практика 7б

Лунные ночи

Фрея

Отражение

Замкнутый круг

Кукла

Рождение Куклы

Старая квартира

Гаданье

Подземка

Дверь

Проклятье Елены Прекрасной

Игра в ящик

Свет далекой звезды

Телефонный звонок

Тени

Дети Творца



    

Елена Артамонова

Проклятье Елены Прекрасной



18 +

- Мам, о чем сегодняшняя сказка?

На столе горит ночник, в комнате сумрачно, но уютно. По углам затаилась дремота и ночные спокойные сны. Белокурый мальчик заглядывает мне в лицо. Я отвечаю уверенно и нет в моем голосе предательских ноток сомнения. Я решилась и отныне дороги назад не существует.

- Эта особенная сказка, она не похожа на другие.

- Рассказывай, рассказывай!

С притворной строгостью я вопрошаю мальчугана:

- А ты, добрый молодец, зубы перед сном вычистил? - он энергично кивает головой, и тогда я произношу долгожданные слова: - Расскажу я тебе историю об Иване-царевиче, Елене Прекрасной и Кощее Бессмертном…

- У-у-у… Я про них и так все знаю. Что в этой сказке особенного?

- Прежде выслушай, а потом суди. Давным-давно в тридевятом царстве, тридесятом государстве правил народом мудрый царь Даниил. Было у него двенадцать дочерей, одна другой краше и сын - царевич Иван. Много добрых молодцев жило-поживало в тридевятом царстве, да такого ладного, как Иван-царевич не встречалось на той земле. Был он статен, высок, да лицом пригож, как дуб вековой могуч и силу имел богатырскую. Раз призвал к себе царь Даниил Ивана-царевича и такие слова молвил:

"Стар я стал, сын мой возлюбленный, и царский венец уж голову мою к долу клонит, потому время мне приспело на покой удалиться. Знаю я, что в надежные руки перейдет скипетр, и не посрамишь ты, Иван-царевич, седин моих. Но прежде, чем царем стать, должен ты, сын мой жену себе найти по сердцу".

"Как прикажете, батюшка" - ответил отцу Иван-царевич и спину свою в низком поклоне согнул, и прочь ушел с ликованием. А возрадовалось сердце добро-молодца, ибо дотронулся мудрый царь Даниил до заветных струн его. Три весны минуло с той поры, как впервые увидел Иван-царевич Елену Прекрасную - лишь узрел Иван красно девицу, как лишился сна, покоя и отдыха. Три зимы лютые с той поры прошли, три лета красных да три осени, но не смог Иван-царевич позабыть красу девичью. Нет, не зря молва нарекла Елену - Прекрасной, некому было сравниться с ней в красоте и пригожести. Высока была Елена, стройна как березонька, уста имела алые, а очи как озера бездонные. Трижды коса золотая обвивала ее голову и спадала на шею лебединую. Голос у Елены Прекрасной был дивный, певучий, а походка как у павы - плавная да гордая. Юноши младые и мужи, годами умудренные, доблестные воины, иноземцы пришлые и бояре родовитые - кто только не чаял видеть Елену Прекрасную женою своею законную! Но всем отказывала красна девица, никому не давала предпочтения. Вот ободренный отцовским наказом, пришел Иван-царевич на двор к Елене Прекрасной и сказал ей слова горячие:

"Звездочка моя яркая, цветочек мой дивный! Три весны минуло, как увидел я тебя в первый раз, Елена Прекрасная, и с той поры жизни мне нет без тебя, любимая! День ночью кажется. Веселье - печалью. Выходи за меня замуж, Елена Прекрасная".

Выслушала Елена доброго молодца, прикрыла глаза ресницами шелковыми и тихо в ответ ему молвила:

"Чему быть суждено, не минует нас. От судьбы не скроешься, не обманешь ее. Коль начертано твоею стать, значит быть по сему. Вот тебе, Иван-царевич мое согласие. Засылай сватов, добрый молодец!".

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается, но пришел черед дня урочного, и разгулялась свадебка царская. Накрыли в хоромах светлых столы длинные, уставили их яствами обильными, скоморохов да гусляров со всего царства-государства созвали, гостей именитых пригласили - то-то веселье заладилось! Только Елена Прекрасная смотрит невесело - то ли жених пришелся не по сердцу, то ли предчувствует душа кручину горькую, беду неминучую. Так и есть - недолгим оказалось веселье. Потемнело за окнами. Засвистел ветер меж куполами и башнями, засверкали молнии серебряные, и гром расколол небо надвое. И из этого пролома небесного, вырвался на волю вихрь яростный, пронесся по тридевятому царству, тридесятому государству, захватил с собой жизни невинные и ворвался, неукротимый, во дворец царя Даниила. Вырвал черный вихрь невесту из объятий Ивановых и унес красну-девицу в даль неведомую. Только его и видели. Похватались мужи за мечи булатные - да поздно спохватились - нет в хоромах невесты красавицы, будто и вовсе не было. На том свадебка и закончилась.

Опечалился Иван-царевич, места себе не находит. Красно солнышко по небосводу катится, день за днем знай себе отсчитывает, а о Елене прекрасной нету ни слуха, ни известия. Как-то поутру пришел Иван-царевич к отцу своему, царю Даниилу, и такую речь высказал:

"Государь-батюшка, нету силы мне жить, как теперь живу. Так дозволь мне дом родной покинуть и отправиться на поиски суженной моей сгинувшей, Елены Прекрасной".

Помрачнел царь Даниил, да делать нечего - видно, чему быть суждено, от того не скроешься, вздохнул он тяжко да горестно и дал Ивану-царевичу свое родительское благословение. Тот немедля в путь и отправился. А куда идти сам не ведает. Вышел Иван-царевич на перекресток семи дорог и задумался - какая дороженька приведет его к жене возлюбленной? Чу… Ворон крылом чело его осенил, пролетая над дорогой среднею. Туда и решил Иван-царевич путь держать.

Долго ль, коротко ль шел добрый молодец, и вдруг видит - лес дремучий перед ним стоит, деревья вершинами небосвод подпирают. А в лес тот одна тропка только и протоптана. Боязно добру-молодцу по ней идти, да делать нечего - сам ведь себе дорогу выбрал. Шел Иван-царевич по заветной тропинке. Пока не увидел - стоит на поляне избушка на курьих ножках - ставни на ветру хлопают, когти по земле царапают. Подивился добро-молодец на такую хоромину и сказал зычным голосом:

"Избушка-избушка, стань к лесу задом, а ко мне передом!"

Заскрипели бревна дубовые, захлопали крылья совиные, и стала избушка к Ивану-царевичу передом, а к лесу задом. Вышла из нее старуха столетняя - нос крючком, спина - горой, а сама ростом в аршин с четвертью.

"Что нагрянул ты сюда добрый молодец, али спешишь сложить буйну голову?"

"За советом да добрым словом пришел я к тебе, Баба Яга. Только ты, сотню весен встретившая, помочь мне сумеешь, горемычному. Укажи, прошу тебя, дорогу к жене моей возлюбленной, Елене Прекрасной, что злою силой была украдена".

"Не ведаю о той дороге, добрый молодец. Может моя средняя сестра ее знает, да тебе вряд ли скажет. Ступай к ней, коли смерти не боишься".

Поблагодарил Иван-царевич Бабу Ягу и снова в путь отправился. Долго ль, коротко ль…

- Мам, я знаю - средняя сестра тоже ничего не сказала Ивану-царевичу, велела ему идти к старшей, самой старой и страшной Бабе Яге.

- Да, сынок.

- А по дороге он помог волчице вытащить из ямы волчонка, вылечил орлу перебитое крыло и спас щуку, которую в сети поймали и вытащили на берег.

- Верно.

- Ну а дальше, дальше? Ты же обещала рассказать особенную сказку, а приключения Ивана-царевича я давно наизусть знаю.

- Прежде выслушай, а потом суди. Вышел Иван-царевич на поляну и видит - стоит тын, из высоких жердей собранный, а на конце каждой жердочке череп человеческий нанизан. Что до костей лошадиных - то они без счету по траве были разбросаны. Понял Иван-царевич, что нашел сестрицу старшую, которой про все его беды должно быть ведомо. Крикнул тогда добрый молодец зычным голосом:

"Избушка-избушка, стань к лесу задом, а ко мне передом!"

Заскрипели бревна дубовые, захлопали крылья совиные, и стала избушка к Ивану-царевичу передом, а к лесу задом. Вышла из нее старуха трехсотлетняя - нос в землю врос, глаза, как уголья светятся, а сама ростом в три аршина с четвертью. И сказала Баба Яга громовым голосом:

"Ведомо мне, Иван-царевич, зачем ты пришел сюда и знаю я, что делать тебе надобно. Но прежде, чем речь о том вести, дам я тебе совет добрый, правильный. Триста лет я зло делаю, один раз добро совершить не в тягость мне. Откажись, добрый молодец, от Елены Прекрасной, не ищи по свету красу златокудрую, а воротись ты домой по скорому, найди себе жену добрую и живи с нею в покое и радости, пока со смертью не встретишься. Коли ты совета ослушаешься, пойдешь Елену разыскивать, ждет тебя, Иван-царевич, беда лютая, неминучая, и не будет тебе от нее спасения".

Как закончила Баба Яга совет давать, молвил ей в ответ Иван-царевич:

"Благодарю тебя за слова добрые и разумные, да только не по сердцу они пришлись, не ко времени. Люблю я Елену Прекрасную и жизни мне нет без нее, синеокой. Коли суждено сложить буйну голову - значит, быть тому, от судьбы не скроешься, предначертанное не минует нас!" "Ох, не впрок пошел совет добру-молодцу! Но то - не моя вина. Знай - Елену твою синеокую похитил Кощей Бессмертный, злодей лютый, безжалостный. Держит он красну девицу в башне высокой, а башня высокая стоит на скале гранитной, а вокруг скалы гранитной, куда взор не кинь, море-окиян волны катит. Птица туда не долетит, рыба не доплывет, а уж человеку и подавно не добраться!"

"Не бывать тому, чтоб злодей Кощей над Еленой Прекрасной тешился! Доберусь я до башни высокой и вызову на бой супостата! Одолею врага бессовестного, потому как дело мое правое!"

Засмеялась Баба Яга и молвила:

"Позабыл ты, верно, добрый молодец, что Бессмертным не зря Кощей прозван. Не сокрушит его ни меч булатный, ни копье острое, ни стрела каленая. Откажись Иван-царевич, от Елены Прекрасной, не берись за дело непосильное!"

"Злу всегда предел определен, так положено - значит, есть управа и на злодея Бессмертного. Триста лет ты жила, бабушка, научи меня, неразумного, как сразить Кощея Бессмертного".

"Верн молвил ты Иван-царевич, что злу предел определен, вот только одно забыл - каков тот предел, нам не ведомо. Расскажу, добрый молодец, все, что хочешь знать - сам решай, что во зло, что во благо тебе. Погубить Кощея можно, смерть его раздобыв. Дело это нелегкое, и дорога тебя ждет далекая. Среди моря-окияна на острове Буяне дуб растет могучий. На дубе том, на цепях златых сундук висит кованый. В сундуке - заяц прячется, в зайце - утка сизая, в утке - яйцо, в яйце - игла, а на кончике той иглы - смерть Кощеева. Коль добудешь иглу да переломишь надвое - тут Кощей Бессмертный и сгинет".

"Благодарствую, бабушка, за совет мудрый да слово дельное!"

Поклонился Иван-царевич Бабе Яге до земли и пошел прочь, искать смерть Кощееву.

Долго ль, коротко ль бродил по свету добрый молодец и добрался, наконец, до места заветного. Видит - стоит посреди острова дуб могучий, а на дубе том висит сундук кованый. Засучил Иван-царевич рукава и давай топором махать, рубить дерево. Раз ударил он - полетели щепки во все стороны, а каждая щепочка больше, чем сосна столетняя. Два ударил он - заскрипел дуб древний и набок наклонился. В третий раз ударил топором Иван-царевич - рухнуло на землю дерево. Разлетелся кованый сундук вдребезги. Выпрыгнул из него заяц резвый и прочь помчался. Опечалился Иван-царевич - не догнать ему длинноухого. Чу… Волчица бежит, по земле стелется. Возрадовался добро-молодец и говорит волчице:

"Волчица быстроногая, догони зайца длинноухого, принеси мне его немедленно!"

Отвечала волчица человечьим голосом:

"Не дело ты затеял Иван-царевич, горе сам себе на голову кликаешь. Но не могу я тебя ослушаться - спас ты чадо мое ненаглядное - потому исполню службу недобрую".

Принесла волчица зайца длинноухого Ивану-царевичу. Глазом не успел моргнуть добрый молодец, как из зайца утка вылетела, взвилась в небо синее, да полетела выше облаков, возле самых звездочек. Опечалился Иван-царевич - не догнать ему утку сизую. Смотрит - орел летит, над островом Буяном круги делает. Возрадовался добрый молодец и говорит орлу:

"Орел ясноглазый, догони утку сизую, принеси мне ее немедленно!"

Отвечал орел человечьим голосом:

"Не дело ты затеял Иван-царевич, горе сам себе на голову кликаешь. Но не могу я тебя ослушаться - избавил ты меня от боли мучительной - потому исполню службу недобрую".

Принес орел утку сизую Ивану-царевичу. Глазом не успел моргнуть добрый молодец, как из утки яйцо выкатилось, да в пучину морскую камнем ушло. Только его и видели. Опечалился Иван-царевич - не достать ему яйцо со смертью Кощеевой. Чу… Щука у берега плещется, чешуей серебряной поблескивает. Возликовал добрый молодец и говорит щуке:

"Щука острозубая, нырни на дно морское, достань мне яйцо немедленно!".

Отвечала щука человечьим голосом:

"Не дело ты затеял Иван-царевич, горе сам себе на голову кликаешь. Но не могу я тебя ослушаться - жизнь мою ты спас - потому исполню службу недобрую".

Принесла щука острозубая яйцо Ивану-царевичу. Взял он в руки смерть Кощееву, положил в котомочку и отправился искать башню заветную, где томилась в неволе Елена Прекрасная.

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается, но пришел урочный день и увидел добрый молодец хоромы Кощеевы. Кликнул он Кощея Бессмертного зычным голосом, и предстал перед ним Кощей в блеске молнии.

"За своим пришел, мне чужого не надобно! Отдавай Кощей Бессмертный Елену Прекрасную! Коли отдашь - помилую тебя злодея бессовестного, коли упорствовать надумаешь - со смертью встретишься. Вот она - в яйце затаилась, тебя дожидается".

Отвечал Кощей Бессмертный Ивану-царевичу:

"Не страшит меня смерть - долго пожил я. Чему быть суждено - не минует нас. Не отдам я тебе, Иван-царевич, Елену Прекрасную. Без нее все равно нету жизни мне!"

Разбил добрый молодец яйцо заветное, достал иглу острую и разломил ее надвое - тут Кощею Бессмертному и смерть пришла. Упал он на плиты узорчатые без дыхания, в тот же миг прогремел гром и ударила молния, зашаталась башня высокая и рассыпалась на мелкие камешки. Увидел Иван-царевич Елену Прекрасную, и увидела его красна девица. Заломила руки белые, залилась слезами горючими, оттолкнула мужа законного и упала на грудь Кощея умершего. Подбежал Иван-царевич к своей суженой, а она его прочь гонит, Кощея оплакивая. Знать случилось на белом свете неладное, красно-солнышко взошло на западе, вода сухою сделалась, снег - горячим, а черное белым обернулось… Ничего не поймет добрый молодец. Тут посмотрела Елена Прекрасная на Ивана-царевича и такие слова молвила:

"Что наделал ты, добрый молодец?! Погубил ты три жизни безвинные, три судьбы поломал, как три жердочки. Почему совета доброго не послушался, почему отправился бродить по свету, меня разыскивая? Или Баба Яга тебе не советчица? А волчица быстрая, орел ясноглазый да щука острозубая - разве они тебя не отговаривали? Не послушал ты их Иван-царевич и меня не спросил, не выслушал. Сильнее жизни любила я Кощея Бессмертного, а теперь мне любить больше некого. Лучше б мне ты пронзил грудь белую - меньше боли было бы, меньше горести! До конца своих дней буду Кощея оплакивать, а на тебя, Иван-царевич, наложу свое проклятие. Как лишил ты меня счастья и радости, так и дети твои и правнуки все потомки до сорокового колена несчастливы в любви окажутся. Пусть теряют они всё, что было ими найдено, губят своих сердец избранников, смерть приносят своим возлюбленным!"

И закончив речь горькую, обернулась Елена Прекрасная горлицей и улетела прочь, в края неведомые. А Ивану-царевичу делать нечего - воротился он ни с чем в дом отеческий. Вскоре умер царь Даниил, и стал Иван-царевич государем-батюшкой. Только так и не довелось ему со счастьем встретиться. И сыновья Ивановы жили несчастливо, и внуки внуков, и внуки правнуков. Ни единого человека из рода Ивана-царевича не обошло стороной проклятье Елены Прекрасной… Вот и сказке пришел конец, сказке про Ивана-царевича, Елену Прекрасную и Кощея Бессмертного.

- Как - конец? А где же свадьба?

- Свадьбы не получилось.

- Нет, мам - это неправильная сказка. Пусть Иван-царевич и Елена Прекрасная помирятся, пожалуйста!

- Ложись спать, сынок. Чему быть суждено, не минует нас.

- Но мама…

У него в глазах блестят слезы - сейчас он сморщит носик и расплачется. Но нет - "мужчины не плачут" - он всегда говорит эти слова, если приходит обида и боль. "Когда я вырасту, стану таким, как папа" - бедный малыш так никогда и не видел своего отца…

Еще пару минут назад я была уверена в правильности своего поступка и, только произнеся вслух проклятье Елены Прекрасной, почувствовала, что совершила неверный шаг и усомнилась, стоило ли вообще рассказывать эту сказку. Прежде мои рассуждения выглядели несколько иначе - представлялось, что в будущем, когда для моего сына наступит время любви, слова забытой сказки всплывут в его сознании и смягчат боль прозрения. Он окажется готов принять свой жребий. Разве я могла думать иначе, если и моя жизнь прошла в рамках этой схемы? Когда-то я целую ночь прорыдала, скорбя о нескладных судьбах Ивана-царевича и Елены прекрасной, а потом позабыла странную сказку, похоронив ее в кладовых памяти вместе с иными образами раннего детства. Забыла, пока не пришлось вспомнить о ней…

Тогда мне исполнилось девятнадцать. Тогда я полюбила. В нашем институте училось мало парней и потому на каждого из них приходилось едва ли не по дюжине девчонок. Я не слишком высоко оценивала свои достоинства, робела, терялась при встрече с сокурсниками и не смела рассчитывать на успех в том, что называют "личной жизнью". Пожалуй, я была весьма закомплексованной особой. А он… Когда я училась на втором курсе, он перешел на четвертый… Всегда на виду - красавец, отличник, спортсмен. Мне ли, неказистой девчонке со смешной челкой и веснушками было мечтать о нем? Я и не мечтала. Но он почему-то выбрал меня.

Весна и любовь захлестнули меня лавиной. Ту весну не удастся забыть никогда. Буйство пробудившейся от зимнего оцепенения природы перекликалось с чувствами, бушевавшими в моей груди. В памяти сияют яркие осколки сгинувших дней. Они похожи на узор в калейдоскопе - изменчивый, неповторимый, завораживающий. Сияющие алым огнем тюльпаны, пронизанные солнцем, сиреневые сумерки первого свидания, упругие травинки, пробившиеся сквозь корку прошлогодней листвы, последние островки льда, звенящие ручьи, его глаза…

А потом грянуло предупреждение - напоминание об иллюзорности счастья. Он ждал с букетом алых тюльпанов в руках. Я миновала угол дома, он увидел меня и устремился навстречу. Вывернувшийся из подворотни автомобиль швырнул моего возлюбленного на асфальт тротуара. Я закричала. Перед глазами были раздавленные шинами хрупкие цветы… Тогда все обошлось, тот, кого я любила, почти не пострадал - легкие ушибы и испуг - репетиция катастрофы. Смерть грозила издалека. Она еще не подошла близко, но ее тень осенила лицо того, кто был обречен. Досадное происшествие с автомобилем стало предвестником роковой развязки. Тогда-то я и восстало из памяти проклятье Елены Прекрасной. Возможно, оно не заслуживало бы внимания, но история моей семьи поневоле заставляет верить в таинственные совпадения и предначертанные заранее события.

Вереница безвременных смертей, уходящая в глубины прошлого - наглядное подтверждение самых безумных предположений и идей. Отец погиб, когда мне было четыре года. Он умер от переохлаждения, спасая детей из ушедшего под лед автобуса. Бабушка погибла в 1944 году, во время бомбежки, оставив деду трехлетнего ребенка - мою маму. Прадед сгинул в смуте двадцатых, едва успев дать жизнь своему сыну… Вторая половина девятнадцатого века так же отмечена чредой безвременных смертей. Потом след моей семьи теряется, но я почти уверена, что проклятье преследует нас не одно столетье. Сказка, услышанная в детстве, помогла объединить разрозненные осколки подозрений. Сомнения рассеялись, я поняла, что всякий, кто любит человека из проклятого рода, неважно мужчина то был или женщина, погибал, едва успев дать жизнь ребенку, несущему в себе проклятие для нового поколения.

В то лето слова Елены Прекрасной не оставляли меня, преследуя, как кошмар. Днем и ночью звучали они в моих ушах, и губы, против воли повторяли: "Пусть теряют они всё, что было ими найдено, губят своих сердец избранников, смерть приносят своим возлюбленным!". И тогда я решила спасти любимого человека, отказавшись от него. Я бежала в другой город и полтора года жила в странном душевном оцепенении, не уверенная в том, сплю я или бодрствую. Он сумел разыскать меня, и между нами произошло то, что было неизбежно. Несколько коротких дней, полных сумасшедшего счастья… Я оказалась столь наивна, что продолжала надеяться на чудо, веря, что Рок еще может пощадить моего возлюбленного, если мы расстанемся навсегда. Я не догадывалась - новая жизнь уже зародилась во мне, жизнь, отравленная проклятием. Род нашел свое продолжение, и было поздно менять судьбу. Но я так боялась за любимого человека, что упорно не желала признать очевидного. Мы расстались. Оказалось - навечно. Смерть явилась за моим мужем в Бендерах знойным июньским днем 1992 года, направив в его голову пулю снайпера.

Таково послесловие к сказке об Иване-царевиче и Елене Прекрасной. Когда наш род обзавелся страшным наследием проклятия, я не знаю. Кто выдумал эту сказку и первым рассказал ее своему ребенку? Существовала ли реально женщина, проклявшая потомков своего недруга или эта сказка - попытка втиснуть в рамки человеческих понятий непостижимую закономерность, с которой гибнут близкие моей семье люди? Вопросы, вопросы… Ни я, ни мои дети, ни дети их детей не узнают разгадки этой тайны. Или…

Неприятный холодок ползет по моей спине. Или… В комнате очень тихо - почти неуловимое для слуха щелканье кварцевых часов и дыхание моего сына. Или… я боюсь развивать неожиданно пришедшую мысль. Она пугает. Она делает меня преступницей, сломавшей жизнь собственному ребенку. Неужели только что, случайно, я разгадала тайну нашего рода, постигла механизм проклятия?! Но это случилось слишком поздно… Ах, если бы я поняла это чуть раньше, когда еще не были произнесены роковые слова! Если бы…

Сама сказка и есть проклятье нашего рода. Она не объясняет причину беды, она создает ее. Нельзя забывать о силе слов. Эта сила огромна. Сколько несчастий произошло на Земле только потому, что кто-то неосторожно предрек их! Люди верят в слова и как марионетки начинают разыгрывать нелепый спектакль только потому, что, якобы, их будущее предрешено. Люди не могут противостоять словам.

Если бы не злая сказка, занозой сидевшая в моем мозгу, разве отважилась бы я оттолкнуть любимого человека, расстаться с ним навсегда?! Это из-за меня он отправился воевать в Приднестровье и там нашел свою смерть. Из-за меня… Сказка искалечила судьбы всех, кто знал ее. Повторяя сюжет нелепой выдумки, мы из поколения в поколения мучили себя и убивали тех, кого любим. Мы верили в слова, и они обретали силу.

Да, это подлинное проклятие, и спасти от него может только забвение. Надо ЗАБЫТЬ эту сказку. Но понимание роковой ошибки пришло ко мне слишком поздно. Я только что сама, добровольно бросила семя зла в невинную душу ребенка. Отныне мой сын ЗНАЕТ о проклятье Елены Прекрасной, и это знание приведет его к катастрофе. Почему я не распознала ловушку? Зачем рассказала сказку?



Наверх ↑




Поиск по сайту



Новости сайта

Архив новостей