Главная

Etxea Елены

Молодежные мистические триллеры

Мистические рассказы

Город без Имени: тайные тропинки к бездне

Зизи: прорвемся, ребята!

Особняк ночных кошмаров

Дракула против вампиров

Аннушка и Кемма: вечный бой повелительниц Рока

Звезда Обездоленных: Человек, говорящий правду

Вновь Безымянный город: никто не уйдет от судьбы

Страшилки: досье на героев

Большая книга ужасов

Любовь и вампиры

Призраки рядом с тобой

Печать тьмы

Наследник Дракулы

Страницы повести "Башня Страха"

Страницы повести "Призраки рядом с тобой"

Страницы повести "Хранительница карт судьбы"

Страницы повести "Царство ожившей мумии"

Страницы повести "Бойся собственной тени!"

Страницы повести "Не стой на пути у вампира!"

Страницы повести "Зеркало: обратной дороги нет"

Смерть из компьютера

Из Болгарии с любовью

Пленники цензуры

Без права на страх

    

Страшилки: досье на героев

Кровавый Алекс и другие...



Юные герои моих повестей хорошо знакомы читателю - Зизи, Влад, Светлана, другие юноши и девушки, пережили немало рискованных приключений, изложенных на страницах "Страшилок". Однако в реальности Безымянного Города есть и другие персонажи - порой они остаются на втором плане, порой выступают вперед, но именно их присутствие позволяет создать особый, неповторимый мир, развивающийся по законам магии и фантазии. Кровавый Алекс, Кристиан, Лара, Ирэн, Незнакомец в Черном... О них стоит рассказать подробнее. Это позволит лучше ориентироваться в хитросплетении сюжетов и проследить связь между отдельными повестями.



София Вольская и Незнакомец в Черном

Почти два века минуло с той поры, как София Вольская ушла в царство мертвых, а связанные с ней мрачные легенды по-прежнему будоражили воображение жителей тихого провинциального городка…

В 1831 году граф Владимир Львович Вольский вернулся из долгого путешествия по Европе в родовое имение Алексино. Там он встретил Соню - свою юную племянницу, успевшую за время длительного отсутствия графа вырасти и превратиться в очаровательную девушку. Судьба Софии была предрешена - через полгода ее стали называть графиней Вольской. Многие не одобряли тот брак, но страсть графа оказалась сильнее разума и морали. София покорно приняла выпавший жребий, стала хорошей женой, но разве о таком муже мечтала она в девичестве? И только рождение первенца вернуло счастливый блёск ее глазам. Увы, это счастьё было недолгим - мальчик умер от скоротечной болезни. Ее душа не вынесла такого удара. София переменилась, исчезли ее кротость и доброта, и старый граф удивлялся, как еще недавно он мог называть эту женщину светлым ангелом. О графине Вольской ходило множество слухов. Говорили, что она познала все тайны ада. Говорили, что ночами она приходила в фамильный склеп Вольских, и предки графа покидали свои могилы, выполняя любую ее волю. Но граф по-прежнему любил свою жену. Он хотел видеть ее такой, как прежде, хотел вернуть прошлое и не придумал ничего лучшего, как заказать ее портрет. Вот тогда и появился в барской усадьбе некий молодой художник, чье имя, увы, не сохранилось в людской памяти. Он был талантлив, хорош собой и умел покорять женские сердца. Не искушенная в любви, София поддалась его чарам. Казалось, это была окончательная победа дьявола - запретные чувства бросили влюбленных в самую бездну. Они были созданы друг для друга, словно сам дьявол благословил их союз. София обладала огромной колдовской силой, позволявшей воплотить в реальность любой рожденный воображением образ, а молодой итальянец, наделенный необузданной фантазией художника, с азартом создавал чудовищных монстров из ночных кошмаров - свою, созданною по его воле Вселенную.

И все это происходило на перекрестке миров, там где граница реальностей была уязвима и податлива! Так София и ее любовник открыли Проход в измерение абсолютного зла…

Но рождение девочки - плода их любви, изменило все. София ужаснулась содеянному и попыталась искупить свои злодеяния. "Она не знала, что зло не отпускает тех, кто попал в его сети. София Вольская погибла загадочной и ужасной смертью. Тело, найденное неподалеку от реки, было обезображёно настолько, что его долго не решались показать старому графу. А когда Владимир Львович все же настоял на своем и увидел останки жены, его хватил удар и он утратил дар речи. Софию не хотели хоронить на освященной земле, но Вольский, несмотря на свою тяжелую болезнь, добился подобающих христианке похорон. Это все, что он мог сделать для своей несчастной жены.

Графиня Вольская погибла, не успев закрыть Проход. Ее возлюбленный, оставшийся с ребенком на руках, понимал, что не сможет долго противостоять созданным собственным воображением чудовищам. Тогда он подбросил маленькую Сонечку одному из местных купцов, а сам вступил в последний бой со злом.

Как именно погиб этот талантливый итальянский художник, что имя навсегда было утеряно для потомков - неизвестно. Но смерть не принесла ему забвения. Он стал стражем Прохода, призраком на границе миров. Тем, кого мы привыкли называть Незнакомцем в Черном. Найдет ли он когда-нибудь покой? Вряд ли… Он будет возвращаться вновь и вновь, какие бы молитвы не читали над его прахом, какие бы ритуалы не совершали. Душа незнакомца стала частью Бездны, отпечаталась в ней, а значит, он обречен на бессмертие.

Что же касается духа Софии, то одно время он жил в портрете графини кисти Незнакомца, а может быть, скитался где-то еще. Незримое присутствие могущественной колдуньи можно ощутить повсюду в Безымянном Городе, особенно в тех местах, где она часто бывала при жизни. Коллекция проклятых предметов, собранная Софией также не исчезла бесследно - часы, отсчитывающие тринадцатый час, платье, расшитое бисером кошмаров, кольцо Сфинкса и многие другие опасные вещицы время от времени напоминают о себе, внося смятение и страх в нашу реальность.



Кровавый Алекс

Александр Владимирович Александров, более известный среди вампиров, как Кровавый Алекс, вот уже два с лишнем десятка лет вместе со своими помощниками самоотверженно истребляет всевозможную нечисть, избавляя мир от порождений зла. Ироничный мужчина с иконописным лицом, не теряющий самообладания в критической ситуации и не ведающий страха мог бы олицетворять торжество правосудия, но…

Но власть опьяняет, а от сознания собственного могущества сносит крышу. Кто ты, если не бог, когда в твоих руках чья-то жизнь, и ты можешь в любой момент оборвать ее? Существует ли та грань, после которой борьба со злом оборачивается банальной, приносящей удовольствие расправой над слабым?

Кровавый Алекс не задавал себе таких вопросов, он просто хорошо делал свою работу.





Кровавый Алекс. Глава из повести Елены Артамоновой "Печать тьмы", опубликованной в "Большой книге ужасов 27"




Суровые будни охотников за вампирами... или Один день из жизни Кровавого Алекса

Солнце ползло по выцветшему небу, приближаясь к зениту. Зной иссушил землю, и она превратилась в твердую, покрытую сеткой глубоких трещин корку. Кое-где сквозь нее пробивались жалкие кустики полыни и выгоревшая под знойным солнцем трава. Неподалеку от пустынной дороги возвышался большой брошенный дом. Даже сейчас, в знойный июльский полдень, он был мрачен и, казалось, таил в себе страшную тайну. Черные провалы окон напоминали глазницы черепа, а ведущие к двери ступени - ребра полуистлевшего скелета.
Много недель никто не проезжал мимо этой старой, зловещего вида постройки, никто не нарушал ее покой, как вдруг безмолвие знойного полдня нарушил шум моторов. Окутанные густым облаком пыли по дороге неслись два мотоцикла и джип с затемненными стеклами. Поравнявшись с домом, они развернулись и лихо затормозили, остановившись в паре метров от его фасада.
- Да, местечко то еще! - громадного роста детина, с ног до головы затянутый в черную кожу, снял шлем и слез с мотоцикла. - Мало не покажется.
Он пригладил пятерней свои длинные светлые волосы, подошел к дому, постучал костяшками пальцев по обшитой почерневшими досками стене, будто проверяя ее на прочность.
- Кожей чувствую - они здесь, - откликнулась высокая, отлично сложенная мулатка и проворно соскользнула со своего мотоцикла. - Дадим им прикурить, Ятаган.
Пока колоритная парочка обсуждала свои планы, передняя дверь джипа открылась, и из нее вышел еще один довольно странный субъект. Прежде всего, в глаза бросалось то, как он одет - безукоризненный дорогой костюм и ослепительной белизны рубашка больше подходили для какого-нибудь официального приема и явно не предназначались для путешествия по бездорожью. Однако самым необычным было лицо этого мужчины - его черты напоминали иконописный лик, но жесткое выражение светло-серых глаз и кривившая губы ехидная ухмылка производили неприятное, почти пугающее впечатление. Он достал из машины большой, очень тяжелый саквояж, подошел к своим товарищам.
- Думаю, комментарии излишни, - он опустил поклажу на землю, - действуем как обычно. И запомните, этот мерзавец мой. Что бы ни случилось.
- Стилет был моим другом, шеф, - заметил блондин, расстегивая "молнию" на саквояже.
- Спокойно, Ятаган. Виновник его смерти ответит за все. Я позабочусь об этом.
Саквояж был полон оружия. Кроме весьма впечатляющего арсенала в нем находилось также несколько больших старинной работы крестов, больше дюжины остро заточенных колышков и молитвенник в потертом переплете. Вооружившись до зубов, странная компания подошла к полусгнившему крыльцу.
- Удачи, - криво улыбнулся светлоглазый мужчина, а потом ударом ноги вышиб входную дверь.
Дом встретил охотников тишиной, прохладой и запахом пыли. Сквозь небрежно заколоченные окна в помещение проникали потоки солнечного света, пронизывая его золотыми лучами.
- Любаша, пройдись по чердаку. Мы - в подвал. Прикрой меня, Ятаган.
Мулатка попыталась возражать, доказывая, что готова идти вместе с ними, но мужчины не слушали ее, начав осторожно спускаться по узкой лесенке, находившейся в самом темном углу комнаты.
- Ну и пожалуйста! - пробормотала под нос недовольная Любаша. - Ты меня недооцениваешь, Алекс. Я тоже могу драться наравне с вами...
Охотники скрылись в темноте, и девушка осталась одна. Одна ли? Этот вопрос тревожил все больше, лишал ее душевного равновесия. Любаша стояла посреди просторной комнаты, все сильнее сжимая в руке небольшой острый колышек. Она слышала стук собственного сердца и чувствовала, как по ее спине медленно ползут струйки холодного пота. Смерть могла поджидать ее в каждом темном углу, стоило только покинуть это пересеченное солнечными лучами пространство. Любаша хорошо знала ее обличье - оскал окровавленных клыков, дьявольское сияние глаз, стальная хватка холодных мертвых пальцев...
- Спокойно... спокойно... - прошептала она и, включив закрепленный на голове фонарь, двинулась вглубь дома.
Нижний этаж не представлял особого интереса - все комнаты освещал пробивавшейся сквозь доски солнечный свет, и на пути охотницы не встретилось ни одного темного закоулка. Скорее всего, чердак выглядел точно так же, и его проверка была пустой формальностью. Любаша немного успокоилась. Обнаружив ведущую на чердак лестницу, она, крадучись, поднялась наверх, ударом ноги вышибла дверь в мансарду...
Луч фонаря скользнул по комнате. Единственное окошко мансарды было загорожено старым буфетом, и это насторожило девушку. Похоже, ее ждало серьезное испытание. Губы пересохли, нервное напряжение становилось все сильнее, пятно света скользило по помещению, выхватывая из темноты то старомодную вешалку, то груду пожелтевших, никому не нужных газет.
- Ну же...
Она сделала шаг вперед, и тут же вскрикнула, едва устояла на ногах, почувствовав, как кто-то спрыгнул ей на спину. Напуганная Любаша метнулась в сторону, пытаясь сбросить страшную ношу. Холодные пальцы на ее горле сжимались все сильнее и сильнее, шансов вырваться из этих смертельных объятий почти не оставалось. Паника готова была захлестнуть ее с головой, но девушка все же смогла преодолеть ужас и попыталась оказать сопротивление.
- Получай! Получай!
Любаша изо всех сил ударила локтем своего противника, но он только сильнее сжал пальцы на ее горле. Неожиданно девушка почувствовала, как по ее шее скользнули острые клыки - еще миг и все было бы кончено, но тут ее растерянный, полный ужаса взгляд скользнул по стоявшему у окошка буфету. Она собрала последние силы, бросилась к спасительному источнику света, развернувшись, яростно саданула сидевшего на ее спине упыря о стену, а потом начала отодвигать загораживавший окно тяжелый буфет. Страшное существо уже сомкнуло зубы на шее мулатки, но в этот самый момент темное пространство мансарды пересек золотой солнечный луч.
Тварь истошно завизжала, моментально отпустила свою жертвы и нырнула в самый темный угол комнаты. Солнце только на одну секунду осветило ее бледную кожу, но она тут же начала дымиться, не выдержав прикосновения смертельного для вампиров солнечного света. Охотница получила короткую передышку. Она немного отдышалась, прислушалась - из подвала доносились приглушенные звуки выстрелов. Похоже, Алекс и Ятаган обнаружили большое вампирское гнездо, и на их помощь рассчитывать не приходилось. Впрочем, Любаша и не хотела - это была ее первая настоящая охота, и она должна была показать на что способна.
- Ты мой. Я тебя убью! - она достала пистолет, щелкнула предохранителем, направила фонарь на притаившегося в темноте упыря.
Только теперь девушка смогла рассмотреть своего врага. Это был тощий, очень бледный вампир с космами спутанных грязно-рыжих волос и показавшимися Любаше омерзительными, до тошноты сивыми усами. Мутные, маленькие глазки и торчавшие изо рта острые клыки делали его облик еще более отвратительным. Тварь заскрежетала зубами, в ее зрачках вспыхнули дьявольские огоньки:
- Я выпью тебя до дна, девчонка!
Охотницу и упыря разделяла полоса солнечного света. Оба медлили, не решаясь преодолеть пролегавшую между ними границу. Любаша сжимала в руке пистолет, не решаясь нажать на курок. Конечно, перед ней было отвратительное чудовище, но оно все же напоминало человека, и потому она не могла стрелять в него.
- Иди же сюда, иди... - голос вампира звучал вкрадчиво, успокаивающе, он обволакивал, как сладкая патока, лишая возможности действовать и мыслить. - Иди ко мне, иди...
Девушка знала, что вампиры могут гипнотизировать своих жертв, знала, что ни в коем случае нельзя смотреть им в глаза, знала, но ничего не могла с собой поделать. Упырь потихоньку завладевал ее разумом, превращая в послушную безвольную жертву.
- Нет! - отчаянно крикнула она, и ее голос слился со звуком выстрела. - Нет! Нет!
Она стреляла, стреляла, стреляла, пока не кончились патроны, пули входили в тело упыря, а он все смеялся, демонстрируя отвратительные желтые клыки. Любаша растерялась. Она отступила на несколько шагов, и в этот самый момент вампир прыгнул вперед, перелетел через полоску солнечного света, вновь сомкнул руки на ее шее. Девушка упала на пол, глаза упыря сверкнули адским пламенем... И все же, несмотря на безнадежность своего положения, Любаша продолжала бороться. Ее руки лихорадочно шарили по полу в поисках какого-нибудь тяжелого предмета. Неожиданно ее пальцы нащупали потерянный в начале схватки колышек. Завладев оружием, она почувствовала себя намного уверенней - собралась, сосредоточилась, а потом, выбрав подходящий момент, воткнула кол в тело упыря. Вампир вскрикнул, ослабил хватку, и девушка, наконец, смогла избавиться от его смертельных объятий. Она с омерзением оттолкнула ослабевшее тело:
- Доволен, красавчик?
Вампир лежал неподвижно, широко раскинув руки и закрыв свои страшные глаза. Неожиданно его озарила слабая вспышка, и по телу заскользили жаркие языки пламени. Спустя мгновение, перед охотницей лежала небольшая горстка пепла. Все произошло так быстро, что даже пол не успел пострадать от пламени, а недавняя драка показалось Любаше кошмарным сном.
- Все в порядке? - в мансарду заглянул Ятаган.
- Да, - откликнулась она и не узнала собственного голоса. - А у вас?
- Замочили пятерых, но шеф зол, как черт. Парня, за которым он охотится, здесь не оказалось.
- Но почему? Он должен...
- Должен! - блондин сплюнул. - Никому он ничего не должен. Смотался, как только почувствовал неладное. Знаешь, какой хитростью и интуицией надо обладать, чтобы в течение полутора лет уходить от самого Алекса?
- Вампир-одиночка? Псих, которого сторонятся даже свои? - предположил вошедший в мансарду Алекс. - Не думал, что здесь кто-то окажется. Чердак - не самое подходящее место для вампира. Могу предположить, что он перессорился с остальными упырями. Скверный характер бывает не только у людей. В любом случае молодец, Любаша. Это твое боевое крещение.
- Спасибо, - темнокожая красотка улыбнулась, демонстрируя жемчужно-белые зубы. - Честно говоря, я так испугалась, когда он на меня бросился.
- Никто из нас не доживет до старости и не умрет своей смертью. Но наш долг - бороться с нечистью, избавляя землю от этих гадов, - глаза Алекса блеснули сталью. - Подготовь дом, Ятаган.
Они спустились по лестнице, вышли из дома. Светловолосый охотник достал из машины пару канистр с бензином, вновь скрылся в недрах брошенного строения. Алекс достал сигарету, закурил. Несмотря на одержанную им победу, он был мрачен и зол.
- Все готово, шеф, - Ятаган плеснул остатки бензина на стену дома.
- Отлично.
Алекс бросил окурок в бензиновую лужицу. Почти не различимые на ярком солнечном свете языки огня побежали к старому дому, и вскоре логово вампиров уже полыхало жарким пламенем.
- Огонь очистит, - Алекс скривил губы в недоброй усмешке. - Это только отсрочка, Кристиан. Наступит день, когда я всажу в твое сердце осиновый кол!


1  2
Наверх ↑




Поиск по сайту



Новости сайта

Архив новостей